Силовой передел
от личной охраны к опоре власти
Пожалуй, нет такого государства, где не были бы знакомы с межведомственной конкуренцией в той или иной степени интенсивности. Баланс в такой системе очень важен, а главным ресурсом становится доверие.
Дефицита в нём явно не испытывает Служба государственной охраны Казахстана, выходцы из которой в последние годы всё чаще оказываются на ключевых позициях в силовом блоке. Ведомство, изначальной целью которого была защита президента, превратилось в основной кадровы резерв.
Особенно заметно это после января 2022 года, когда по итогу кровавого бунта в республике был уволен и арестован глава КНБ Масимов, к которому у власти возникли вопросы о роли в подавлении беспорядков. Зато вопросов не появилось к СГО, чья лояльность Токаеву позднее окупилась.
В итоге именно глава СГО Ермек Сагимбаев занял пост председателя обезглавленного комитета. Это был первый случай, когда кризис в одной из структур привёл к смене руководства за счёт выходца из президентской охраны. Другой пример совсем недавний — после трагедии на учениях в Каспийском море полетели погоны в Минобороны республики.
Новым главой ведомства стал командующий Силами специальных операций Айдос Мырзахметов, прошедший все ступени службы в СГО. Начальником Генштаба также стал бывший замглавы Службы госохраны Айткурман Омарбеков.
Но, памятуя о хаосе январских событий, в кабинете Токаева понимают: чтобы они не повторились, контроль нужен и в регионах. Так главой Алматинской области назначен Чингис Аринов из «охраны» президента, ну а если всё-таки дойдёт до ЧС, то есть Национальная гвардия, в которой также командуют бывшие СОП-овцы.
Во многом такой подход оправдан тяжёлым опытом, когда в страну пришлось вводить контингент ОДКБ. Но также он является частью общего курса в Астане на ужесточение госконтроля: от парламентской системы и медийной повестки до обеспечения лояльности среди силовиков.
Инфографика в высоком разрешении
#Казахстан #СредняяАзия
@rybar_stan — о цене свободы для Средней Азии
